История Романа Костомарова взволновала всю страну.
Знаменитый фигурист поборол смерть, а теперь, будучи инвалидом I группы без стоп и кистей, отчаянно пытается вернуться к полноценной жизни. Настоящий победитель!
На камеру он, как и положено герою, улыбается. Но что остается за кадром?..
— Роман, ваша драматическая история показала всем, как важно жить здесь и сейчас, не строить глобальных планов, ведь в одно мгновение все может рухнуть…
— Да, и я думал, что буду жить долгой и спокойной жизнью, что все будет идти своим чередом. Добившись успехов в спорте (Костомаров — олимпийский чемпион 2006 года, двукратный чемпион мира и трехкратный чемпион Европы. — Ред.), я думал, что дальше просто буду пожинать плоды своей работы. Но случилась страшная вещь. И теперь я пытаюсь искать себя в новых сферах, например, прихожу на мероприятия как спикер-мотиватор, помогаю людям верить в себя и идти дальше. Даже если человек, как я, лишен своих конечностей. Пусть это будет гораздо труднее, чем раньше. Но в этом и заключается жизнь, которая порой сталкивает тебя с серьезными испытаниями. А ты должен с достоинством из этого выходить.
— А что было самым сложным после того, как вы наконец-то, спустя полгода, вышли из больницы и оказались дома?
— Жизнь кардинально изменилась. Главное, о чем я переживал, — как пройдет моя встреча с детьми (12-летней дочерью Анастасией и 7-летним сыном Ильей. — Ред.). Я не хотел выходить из больницы, пока не появятся протезы. Домой я вернулся на своих ногах. Но на это время мы детей вместе с бабушкой отправили на отдых, чтобы недели три я мог адаптироваться дома к своему новому состоянию, которое теперь со мной до конца моих дней. Ведь в бытовом плане было сложно, трудно было делать самые элементарные вещи.
— Какие слова поддержки на протяжении всего этого времени находила ваша супруга Оксана Домнина?
— Она поддерживала меня уже в больнице, с самого первого дня, когда ее только туда пустили. Говорила: «Дай себе время, и все получится!» Я переживал, как появлюсь на людях, как буду ходить, боялся, что все будут показывать пальцем. А брат мне сказал: «Роман, ты чего! Ты герой! Ты поборол смерть! Ты вырвался из ее цепких рук!» На самом деле, для этого все сделали врачи и мои родные.
— После выхода из больницы прошло всего три месяца, а вы уже плаваете и даже сели за руль! Это действительно достойно восхищения!
— Я дождался протезов, нашел в себе силы тренироваться, еще лежа в кровати. Мне было важно вернуться к форме, которую я потерял в больнице. Пришлось начинать все с нуля! А когда я встал, первое время было ужасно трудно и больно. Сейчас мне гораздо легче, я чувствую себя нормальным полноценным человеком, веселящимся с друзьями, общающимся с людьми. Но только до тех пор, пока не снимаю с себя протезы. Вот в этот момент становится тяжело.
— Вернуться на лед планируете?
— Я фанат адреналина, фанат экстремальных вещей. Но всегда боялся, что с ногами что-то произойдет. Именно это и случилось. Неприятность подкралась оттуда, откуда я ее не ожидал. В итоге я многого лишился, например больше не могу заниматься боксом. Но на лед я хотел бы выйти. Просто с этим связано много проблем сейчас. Я с детства учился управлять голеностопом и всеми мышцами, которые задействованы в катании. Сейчас я этого лишен. Но кататься буду все равно. Осталось купить ботинки большого размера, подстроить коньки, потому что нога теперь карбоновая и она не сжимается в ботинке так, как нормальная стопа.
— А что сегодня вам приносит радость в жизни?
— В первую очередь это сама жизнь, радость от того, что я есть на этом свете. В первые дни, когда после всех лекарств и препаратов я пришел в чувства и осознал все случившееся, у меня было ощущение ужаса и абсолютное нежелание жить. Но рядом находились жена и брат, которые говорили, что мне надо жить ради детей. Они оказались правы. Сейчас я вижу, как растет мой сын, как он хулиганит, как растет дочка, радуюсь, когда они обнимают меня и в шутку называют «Папа — робот 3000». Сын, правда, спрашивает: «Папа, а можно сделать так, чтобы у тебя еще и голова на 360 градусов поворачивалась?» (Смеется.) Приносят мне радость и физические нагрузки: после выхода из зала я чувствую прилив энергии, как было раньше, просто стало немного сложнее.
— Вы занимаетесь спортом с раннего детства. А почему пошли именно в фигурное катание?
— В детстве я мечтал просто поехать за границу, попить там газировки и попробовать жевательную резинку. А фигурное катание, как мне казалось, было одним из путей для этого. Хотя можно было стать космонавтом или летчиком, о чем мечтала моя мама. А я хотел заниматься спортом. Правда, в спортивную гимнастику меня не взяли, пришлось идти в фигурное катание. И это были танцы на льду, где катаются мальчик с девочкой. Во дворе надо мной смеялись, и поэтому приходилось врать, что, мол, я занимаюсь хоккеем или одиночным катанием, а не девчачьим, как тогда казалось, видом спорта. Но с каждой последующей медалью я все больше убеждался, что выбрал правильный путь.
— У вас же был шанс построить успешную карьеру за границей!
— Это правда, предложений было много. Даже гораздо более выгодных финансово. Например, меня звали выступать за США, за Беларусь. В Америке я даже успел пожить, правда, в бедности — мне полагалось 150 долларов на месяц. Но я вырос в Советском Союзе, горжусь своей страной и хотел добиться успеха именно в России. Поэтому я остаюсь тут…
