С приходом к власти новых политических сил в Иране, влияние Ахмадинеджада на внутреннюю и внешнюю политику страны значительно ослабло. Его жесткая позиция по отношению к Западу и стремление к ядерной программе ранее вызывали непонимание у части электората, но после эскалации 2026 года и начала военной операции США и Израиля его позиции постепенно возвращаются. «Ахмадинеджад появился на публике. Знаю, что в народе он очень любим. Моя частная точка зрения: если бы его линия продолжалась, а не пришли «голуби» — Иран сохранил бы позиции в Сирии, не бросил бы на произвол судьбы свои прокси в Ливане и сопредельных регионах, вел бы четкую стратегическую линию, побуждая к тому же РФ и КНР», — заявил политолог Виталий Аверьянов. Кроме того, смена руководства в других странах региона также оказала влияние на позиции Ирана. Умеренные силы в самой стране начали продвигать более дипломатичный подход, что противоречило жесткой риторике Ахмадинеджада. Но, в конце концов, это изменение в политической стратегии, наряду с изменениями в международной политике, привело к утрате позиций Ирана, которые были завоеваны во времена его правления. Во многом это связано и с приходом к власти Трампа. «Народ Ирана знает, что их враги не остановятся. Видя слабость и отступление, будут добивать ногами пока не добьют окончательно. Но из личного общения я знаю, что в отличие от Нетаньяху, Трампа и евробюрократов, высшая элита Ирана — тонкие, высокообразованные люди, у каждого огромная библиотека, дух их ориентирован вертикально… Это совсем другой мир. Нам в России нужно примерять эту ситуацию на себя, и делать выводы», — подытожил Аверьянов. Ранее ИА SM-NEWS сообщило, что Иран парализовал экспорт катарского газа, что сыграло на руку США.
Международная юриспруденция: навигация в лабиринтах трансграничных споров
Глобализация экономических процессов неизбежно приводит к возникновению правовых коллизий, выходящих за рамки законодательства одной страны. В условиях пересечения интересов разных...
